Глянул через узенькую щель сбоку: трое помощников лежали на полу, связанные и бесчувственные. Рядом с ними распростерлась на полу в униженно-покорной позе красивая женщина явно экзотического вида. Поспешно объясняла что-то мелодичным голоском.

Ездок знал полсотни языков — но не этот.

Приехавший ответил коротко и резко. Ездок чуть не подпрыгнул от неожиданности: говорили прямо перед ним, но где же?! Он что, невидимка?

Глянул пониже: это же карлик!

Вспомнил отцовы рассказы, полные сомнений и недомолвок. В числе старых врагов Жерк-старший не раз поминал особо гнусного и злобного карлика… Хм, как же его зовут? Да — Кралиж Одехнал! Карлик Кралиж Одехнал, знаменитый колдун и не менее знаменитый палач. Защитник Шасессеры долго не позволял карлику подкрасться к ней. Но ведь, по рассказам, Кралиж предпочитал действовать в одиночку?

Колдун заболтался с женщиной, явно решая судьбу пленников. А их хозяин приготовил неприятный сюрприз. Нет, карлика с женщиной пока убивать не стоит — пусть пообщаются. Пригодятся еще. Явно ведь одним убийством дело не ограничивается — тут пахнет заговором на весь город.

Ездок ждал — и дождался, пока через другой вход внесли Тяпа, Шпата и Су-Ча.

Даже беса поймали! Да уж, враги отца не теряли времени, напуская тьму в Шасессеру. Все, пора действовать, переломить злу хребет, пока заговорщики не догадались о провале!

Ездок вынул из тайного кармана крохотную статуэтку из слоновой кости, прижал ко лбу, к месту, называемому третьим глазом. Сосредоточился, затем отнял статуэтку от лица и плюнул на нее.

За портьерой карлик препирался с коренастыми крепышами на незнакомом языке. Ездок отдернул портьеру и швырнул статуэтку с криком: «Пижнар, живи!»