— Кто тебя отдал ему? — спросил озадаченный Чаз, кое-что про Одехнала слышавший.

И кому понадобилось подкупать и задабривать подобное чудовище?

— Я не могу сказать, — ответила женщина, глядя на прибитый к стене труп. — Он — намного больше Одехнала. От него еще никто не мог спастись.

— Глупости несешь! — отрезал Шпат снова. — Чаз, нас за нос водят. Пора заняться настоящим допросом. Я не колдун, но уж с этим управлюсь.

— Нет! — крикнула женщина, вскочив. — Это меня убьет! Мне нужно идти! Я ошиблась — мне нельзя было сюда приходить! И здесь для меня надежды нет! Никто меня не спасет… — Глянула на мертвого Защитника. — Даже он бы не смог…

Варвар подошел, желая ее утешить. Но не успел и руки протянуть, как за дверью раздалось: бах, бах!

— Он узнал, узнал! Я захотела предать его, а он узнал!

Раздраженный Шпат повел арбалетом — дескать, уйди-ка ты пока в библиотеку. Чаз же прильнул к глазку, соединенному с системой зеркал и показывавшему весь зал перед дверью, не открывая наблюдающего.

8

Пробежав три мили, Ездок замедлил ход. Не то чтобы устал — и не вспотел даже. Его день обыкновенно начинался с десятимильной пробежки. Но следы делались все свежее. Вовсе не стоило нагонять добычу здесь, у Золотого Рога, среди пирсов, мастерских, складов, множества рынков, магазинов и лавок, обслуживавших приходящие корабли. Таких столпотворений нигде в мире не было. Сюда стекалась вся торговля мира, все части света сходились здесь поболтать и повздорить над товаром. Что-либо сделать здесь тайно — немыслимо!

Ездок усмехнулся зло: сомнений нет, убийца отца направился прямиком в подготовленную ловушку. Жерк-младший остановился купить кварту сока и пирог с мясом — до того и поесть было некогда. Прожевал, выждал нужное время, ополоснул ладони в фонтане и пошел к ангарам воздушных кораблей.